Нашего героя зовут Александр Иванович Ерилин. Людей его профессии в Кузбассе очень немного - всего-то человек двадцать. Ну, и еще примерно столько же желают профессию освоить. Что это за такая удивительная профессия, спросите вы? А - это колокольный звон. Да-да: Александр Иванович - мастер колокольного звона.

Звонарь в православном храме, проще говоря. Храм же находится в городе Прокопьевске, и называется он Собор Рождества Иоанна Предтечи. Еще несколько слов об уникальности профессии: в Прокопьевске других звонарей, помимо Александра Ерилина, нет. Он один на весь город. И, к слову, в соседнем Киселевске также всего один звонарь. И даже в близлежащем Новокузнецке - также всего один мастер колокольного звона, хотя Новокузнецк, как известно, самый крупный город в Кузбассе.

Раньше-то, конечно, Россию по праву называли страной колокольного звона. Каких только созвучий и колокольных мелодий не было на Руси! Звоны ростовские, архангельские, новгородские, ростовские, киевские, суздальские, московские… И - ни одного повторяющегося! Заслушаешься и умоешься умилительной слезой! Вообще, как сказал в беседе прокопьевский звонарь Александр Ерилин, «раньше вся человеческая жизнь в России проходила под колокольный звон. Под колокольный звон русский человек рождался, крестился, венчался, умирал…» Ну, а затем к власти пришли господа большевики, и затихли колокольные звоны на Руси. Звонарей кого расстреляли, кого упекли в тюрьму, кого сбросили с колокольни… Онемела мать Россия. Впрочем - не совсем.

Вот, к примеру, ранее был чудный звон в Ростове Великом. А, надобно сказать, добиться хорошего звона - задача из задач. Двух похожих колоколов никогда не было да и быть не может, всякий колокол в смысле звучания уникален и неповторим. И потому-то, дабы добиться слаженного звона, надо подобрать колокола так, чтобы они не противоречили друг другу, а, наоборот, всячески гармонировали. Так вот, в Ростове Великом колокола подбирали на протяжении двухсот лет! Но зато и музыка получилась! Такая музыка, что даже большевик Анатолий Луначарский, занесенный в исторические скрижали как свирепый гонитель церкви, был зачарован, услышав однажды пение ростовских колоколов. И сказал он своим сподвижникам: «Руки отрублю тому, кто посягнет на ростовские колокола!» И, представьте, дожил ростовский звон в незыблемом виде до нынешних времен. Это - известный исторический факт. Вот что означал колокольный звон на Руси!

Ну а затем, когда времена гонений миновали, а храмы, наоборот, стали возводиться, вновь возникла надобность в колокольном звоне и звонарях. И очень скоро стало ясно, что звонить-то - некому! Перевелись звонари на Руси! Нет ни учителей, ни учеников. Прервалась связь поколений, и само ремесло настолько позабылось, что никто уже не мог отличить киевского колокольного звона от, предположим, новгородского. Тем немногим энтузиастам, которые все же пожелали стать современными звонарями, пришлось быть одновременно самим себе и учителями, и учениками.

Вот как, скажем, стал звонарем Александр Ерилин? Раньше, в свои молодые годы, он ни о чем таком и не думал! Работал себе в шахте, затем, изрядно там наломавшись, дорабатывал до пенсии на лесопилке… Ну а затем, выйдя на пенсию, Александр Иванович стал задумываться о вечном и посещать церковь. Но и тогда он даже не предполагал, что когда-нибудь станет звонарем. Все произошло совершенно случайно, сам же Александр Иванович говорит, что - по велению Божьему.

- Однажды, - рассказывает Александр Иванович, - я пришел в храм со своей внучкой. При храме была колокольня, но колокола молчали, потому что некому было в них звонить. «Дедушка, - вдруг спросила у меня внучка, - а почему ты не бом-бом?». И - как будто бы какая-то пелена вдруг спала с моих глаз! В самом деле - а почему я не бом-бом? И я пошел к настоятелю храма отцу Владимиру Колесникову. «Благословляю!» - услышав мою просьбу, сказал батюшка. Так я и стал звонарем.

Впрочем, получить законное право взобраться на колокольню и стать настоящим звонарем - это далеко не одно и то же. Когда Александр Ерилин впервые оказался на колокольне, он не знал даже, как к колоколам притронуться. Понятия не имел, за какую веревку и, главное, с какой силой надо дернуть, чтобы колокол отозвался и зазвенел!

- Да и к тому же, - ведет далее свой рассказ Александр Иванович, - в то время на колокольне было всего три колокола. Маловато для настоящего звона…

Беде помог настоятель храма Владимир Колесников. Оказывается, он давно мечтал о настоящей колокольне при своем храме и о звонаре при ней. Звонарь теперь имелся, оставалось дело за колоколами. И очень скоро на звоннице появились еще восемь колоколов. Нашлись добрые люди, помогли деньгами…

- Колокола заказали в городе Каменске-Уральском, - рассказывает звонарь Александр Ерилин. - Есть в этом городке специальный завод, на котором льют колокола. Привезли на поезде, разгрузили, доставили в храм, установили на колокольне… Все, теперь можно было и звонить. Одиннадцать колоколов - это вам не три! Но, однако же, чтобы звонить, прежде надо было научиться…

И Александр Иванович стал учиться, что называется «методом тыка». Дернет в свободное от церковной службы время за веревочку, и слушает, как звучит колокол. Дернет за другую - и тоже слушает. Дернет затем за обе веревочки сразу - вот тебе уже и созвучие… А еще Александр Иванович штудировал прессу, где писалось о колокольном звоне, а еще - общался по Интернету с другими звонарями-самоучками из Архангельска, Новгорода, Москвы… Так вот постепенно, за два года, и научился. Да притом - как научился! Ныне, по всеобщему признанию, Александр Ерилин - один из лучших звонарей в Кузбассе! Вот как!

Настоятель храма, батюшка Владимир Колесников, не нарадуется ни на своего звонаря, ни на его колокольные звоны. Недавно появилась у настоятеля мысль - создать при храме школу звонарей, благо есть теперь кому быть в той школе преподавателем. Такие школы сейчас ой как нужны в России! Например, по эту сторону Уральских гор их всего две - в Новосибирске и Петропавловске-Камчатском.

- Если доукомплектовать нашу колокольню еще тремя колоколами, то можно открывать и школу, - делится своими мечтами звонарь Александр Ерилин. - Ничего, Бог даст…

Ну а пока единственный на весь Прокопьевск церковный звонарь совершенствует свое мастерство. Дважды он побывал на фестивале звонарей Сибири в Новосибирске, в прошлом году был на первом кузбасском фестивале колокольного звона в Томской писанице. Фестиваль назывался «Звоны над Томью».

А еще - не так давно звонарь Александр Ерилин сочинил свою собственную колокольную мелодию, которую назвал «Прокопьевский звон». Не каждый звонарь способен сочинить свою собственную колокольную мелодию. Да еще такую, которая берет за душу. Я, например, ее слышал. Здорово! И многие прихожане храма того же мнения.

- Я бы, - говорит Александр Иванович, - и вовсе ничего не стал бы сочинять, но к тому меня подвигла нужда. Дело тут вот в чем. Я не могу исполнять известные мне ростовские, архангельские или новгородские звоны. Не тот у меня набор колоколов. И поневоле приходится, имея в распоряжении свои колокола, самому заниматься сочинительством. Ты говоришь, люди хвалят? Ну и слава Богу.

Не остался звонарь Александр Ерилин незамеченным и со стороны кузбасских церковных иерархов. В минувшем году он был награжден почетной архиерейской грамотой, а в нынешнем году епископ Кемеровский и Новокузнецкий Аристарх наградил его правом ношения подрясника. Это - как награда медалью в миру. Или, может, даже награда орденом. Абы кого и абы за что не наградят. А вот звонаря Александра Ерилина - наградили. За его дивное мастерство и его «Прокопьевский звон».

- Моя мечта, - делится сокровенным звонарь Ерилин, - звонить, пока хватит сил. А затем - умереть на колокольне под звон колоколов. Для звонаря это - благо. Хотя такое благо надо еще заслужить…

***

Беседовал я с Александром в день одного из главных церковных праздников - Вербное воскресенье. Общаться со звонарем и не побывать на колокольне - дело немыслимое. Вы когда-нибудь смотрели на мир с колокольни? Уверяю вас, что это - совсем не то, что, допустим, смотреть на мир с двенадцатого этажа какого-нибудь небоскреба. Настолько не то, что, кажется, что у тебя вдруг выросли крылья, и вот ты поднялся на высоту сорок семь с половиной метров (такова высота прокопьевской колокольни), и глядишь оттуда на мир, и все тебе кажется иным, и сам себе ты также кажешься иным…

Несмотря на то, что Вербное воскресенье - праздник весенний, в мире в тот день свирепствовала самая настоящая зима. Мела метель, почти ничего не было видно из-за снега, снег ошметьями залетал во все восемь окошек колокольни. Колокола гудели и содрогались от ветра, и привязанные к колокольным языкам веревки пели тонкими голосами. Но что звонарю метель и снег? Звонарь обязан звонить в любую погоду. Тем более - в тот день в мире царил светлый весенний праздник Вербное воскресенье.

И звонарь зазвонил. Вы когда-нибудь видели, как звонит настоящий звонарь? Удивительное зрелище! И руками, и ногами, и едва ли не зубами! И при этом - ни одного суетного движения. Все четко, все кстати, все вовремя. И удивительная колокольная музыка неслась над забураненным миром. А внизу стояли люди, и слушали. Людей было много, и они не уходили до тех пор, пока звонарь не перестал звонить.

И вот я думаю: если люди, невзирая на холод и свирепую метель, стоят и слушают колокольный звон, значит, оно им надо?..

газета «Вита+»

Анатолий Ярмолюк